xraptor (xraptor) wrote,
xraptor
xraptor

Categories:

"Однажды в Голливуде"/"Once Upon a Time... in Hollywood" (США, Великобритания, Китай, 2019)

Про развитие сюжета не буду, тем более, он там пунктирный, и не особо ощутим.
C любовью писаная зарисовка о голливудских  60-х, какими Тарантино хочет их помнить. Зрелище сочное, атмосферное, очередное "кино по кино", однако есть важный нюанс.
"Однажды.." первый фильм автора, где он рефлексирует, занимается не только синефильскими восторгами, но и робким самокопанием.

Что об колено ломает зрителя, к нежным переживаниям тарантиновой души не чуткого, а напридумывавшего себе всякого. Особенно касается зрителя отечественного, склонного к политизированным умозаключениям.
Многие товарищи хотели разнузданного цинизма и были так же цинично обломаны. Ко-то не слышал про историю с Мэнсоном и Тейт, и вообще не понял  о чём речь. Для кого-то, наоборот, Мэнсон "культовая фигура", мистикой там тоже многое успело обрасти, а мистику у нас любят. Но это Линч мистик, Поланский мистик (и возможно, что-то недоговаривает). А Тарантино не мистик, ровно как и не обличитель, не конспиролог, не моралист и даже не циник  - он романтик, энергично ностальгирующий агрегатор киновоспоминаний, и киногик, прокачанный до аутичности.

Этическая уместность альтернативных концовок тоже не про него - подозреваю, гический способ мыслить вне персонажей людей не определяет вообще. Не удивлюсь, если он сам не глубоко копал про эту историю. Достаточно воспоминаний, и здесь он с собой честен. Странно, что Мэнсону гвоздь в голову не забили, была бы перекличка с "Бесславными ублюдками", где вырезают свастику на лбу, которая там же у настоящего Мэнсона присутствовала. И Шерон Тэйт режиссер любит как персонажа сладкого мира прошлого, а не как живого человека, по другому и не умеет. Ставит ностальгические кинообразы выше реальности, как слепок юношеских, романтических позывов. Думаю, что и про "Человека-амфибию" он не соврал на пресс-конференции. Ценит такое, странное ретро вне чартов, внезапно пронзительное спустя 50 лет. Просто культурный бэкграунд сильно другой.

И вот, когда киногик принимает сознательное решение избавиться от диктата сюжета, диалогов, фонтанов кетчупа, всего того, что ожидает от него простой люд, возникает вопрос - зачем, какова именно рефлексия автора, каковы её механизмы? А там всё немного грустно, на мой взгляд. Дожив до шестого десятка, и не уставая держать градус киноманского угара в каждом фильме, Тарантино сумел распознать в себе некоторую психологическую пустоту, намекающую о неумении показать настоящую, живую, внекинематографичную человеческую драму - где часть человеческой природы, формирующая персонажа основана на реальном эмоционально-поведенческом опыте, в полной мере недоступном ему по причинам, видимо, глубоко личностным, а не является сверхэмпатичным синтезом из тысяч фрагментов сотен любимых кинокартин. И вроде бы, такие переживания должны породить подобие депрессии, но автор настолько целостно привязан к миру целлюлоидных воспоминаний, что выходит только  воздушная меланхолия - ведь кино он, в отличие от людей, любит безудержно - а любовь это.. (тут должна быть цитата из "Собаки Баскервилей", где Ливанов разводит руками).

Знакомое чувство из финальных стоп-кадров жанровой итальянской лабуды 70-х, когда звучат эти прекрасные щемящие мелодии Ортолани/Фиденко/Чиприани,  и как желаешь для них лучшего применения. Тарантино этот эффект пропустил через себя многократно и постучал с обратной стороны - создал отлично сыгранный тёплый киносон, где хотел бы желать лучшего применения для свершившейся истории, но будто в какой-то момент впервые признал отчуждение от реальности, непредсказуемой и неоднозначной, чуть-чуть испугался, отпустил поводья, увел рефлексию в возрастную, включил внутренний "Луч Солнца золотого", и выдал историю про то как сенифильская страсть искупает растерянную фаталистичность бытия, похоже, даже себе полностью не отдавая отчета, насколько лихая имитация победы добра станет формой эскапизма.

"Однажды в Голливуде" - несмотря на альтернативщину и репутацию автора кино не эпатирующее, а мягкое, неназойливо самокопательное. Ещё не стариковское и не окаменелое, но повзрослевшее, и как окно во внутренний мира Тарантино посложнее предыдущих его работ. А образная плотность, ожидаемо, такова, что пытливый соучастник зритель разглядит следы копытец, ведущие в потаенные норки тогдашней поп-культуры, и будет тихо пересматривать целиком и кусками, под самое разное настроение.
Tags: Кино
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments